Дубна. Новости

Яндекс.Погода

пятница, 20 июля

пасмурно+19 °C

Онлайн трансляция

Григорий Трубников рассказал о судьбе «мегасайнс»-проектов

20 дек. 2017 г., 11:00

Просмотры: 357


Зачем российским астрофизикам пустыня Атакама и кубический километр льда Антарктики

Дубненское информагентство

На днях на пресс-конференции в Министерстве образования подводили научные итоги года. «Комсомолка» расспросила заместителя министра Григория Трубникова о судьбе так называемых проектов класса «мегасайнс». Именно от них ждут крупных прорывов в науке, которые могут увенчаться Нобелевской премией.

- Григорий Владимирович, в своем первом интервью «КП» в должность заместителя министра, вы говорили, что одна из ваших главных задач — это двинуть вперед проекты «мегасайнс». Насколько удалось это сделать?

- Могу сказать, что мы продвинулись в этом направлении. Дело в том, что из 6 отобранных проектов только 2 уже получили государственное финансирование. Это проекты ПИК - нейтронный реактор в Гатчине и коллайдер NICA в Дубне. Остальные 4 программы находились в высокой степени старта, но формального начала финансирования не было. Его не было по разным причинам. Но в первую очередь из-за того, что зарубежные партнеры не сделали в эти проекты реального взноса, как это было с проектами ПИК и NICA. Чтобы научные коллективы не теряли темпа мы постарались им помочь в рамках Федеральных целевых программ. В итоге эти 4 проекта в нынешнем году получили официальное финансирование на техническое проектирование. Таким образом, мы сделали важный шаг, чтобы реально запустить еще 4 установки класса «мегасайнс».

- Вы сказали, что зарубежные партнеры не спешат вкладывать деньги в наши проекты...

- Здесь мы тоже добились заметного прогресса в этом году. Мы разрабатываем с государствами Евросоюза дорожную карту и почувствовали заинтересованность ряда стран, в первую очередь Германии. Она возникла не на пустом месте, это своего рода ответ на наш вклад в финансирование их исследований. Например, Россия финансирует примерно третью часть проекта Европейского рентгеновского лазера на свободных электронах XFEL в Гамбурге, бюджет его более 1 миллиарда евро. Здесь Россия после Германии второй плательщик и имеет свою долю и интересы. Соответственно мы определяем, условно говоря, 30 процентов научной программы и круг пользователей, которые будут работать на этом лазере на свободных электронах. В другом немецком проекте создания Европейского центра по исследованию ионов и антипротонов (FAIR) взнос России порядка 18 процентов и это огромная сумма, учитывая, что бюджет тоже превышает миллиард евро. Иными словами, Россия вкладывает большие деньги в исследовательскую инфраструктуру на территории Германии. В свою очередь немецкая сторона подписала протоколы, где официально выражает готовность осуществить финансовые и материальные вложения во все наши 6 «мегасайнс»-установок.

- А какой из четырех «размороженных» проектов может стартовать первым?

- Я думаю синхротрон четвертого поколения, который запускает Курчатовский институт. Он в большей степени готовности из оставшихся четырех. Надеюсь, очень скоро будет официально объявлено его запуске. Сейчас идут финальные обсуждения по поводу выбора площадки, где будет построен этот уникальный огромный комплекс. Нашим партнерами в его создании станут Франция и Швеция. И это тоже ответ на вклад нашей страны в международное сотрудничество. Французам мы помогаем с Европейским синхротронным ускорителем в Гренобле. А шведам с синхротронный ускоритель MAX IV в Лунде. Наша страна внесла определяющий вклад в проектирование, создание и использование этих установок. И естественно, сейчас наши ученые там активно работают.

- Перечень научных исследований такого уровня будет расширяться?

- Сейчас создана специальная рабочая группа в президиуме Президентского совета по науке и образованию. Мы должны на суд этой группы представить два-три десятка очередных претендентов на проект класса «мегасайн». Кто пройдет? Вероятнее всего кандидаты из области астрономии и астрофизики. Россия должна участвовать в крупнейших мировых телескопах в Чили и Антарктиде (в пустыне Атакама строят обсерваторию, которая в 10 превзойдет «Хаббл» по четкости снимков, а в Антарктиде создается подводный нейтринный телескоп «Ледяной куб», он состоит из кубического километра льда - авт.). И, естественно, речь идет о создании крупного комплекса астрономических наблюдений на территории Российской Федерации. Еще мне кажется назрел крупный проект по анализу хранению и обработке Больших данных. Это может быть сеть из суперкомпьютерных центров, связанных между собой. И есть очень интересное предложение РАН по «мегасайнс»-проектам в области исследования биоразнообразия Мирового океана.